Отношение к суициду в буддизме отличается от отношения в вышеназванных религиозных конфессиях. Буддизм в гораздо меньшей степени, чем иудаизм, ислам и особенно христианство, озабочены этической оценкой суицида и вообще не склонны рассматривать самоубийство как вопрос первостепенной важности. Данная религия провозглашает повторяемость земных перерождений человека, которому суждено много раз жить и много раз умирать. Тяжелым испытанием считается череда перевоплощений (колесо сансары), но, достигнув совершенства, душа может вырваться из этого круга и уже больше не будет перерождаться и испытывать муки. Поэтому суицид в буддизме считается бессмысленным, ведь карма будет не отработана и человек вернется опять в ту же ситуацию, так как человек с ней не справился. Самоубийство не является спасением от страданий и оно может еще больше навредить. Ведь все неудачи и потери связаны с поведением в прошлом воплощении и самоубийство еще больше отдаляет от желанной нирваны. Но если суицид совершен, то будет возможность изменить ситуацию в другом воплощении. Однако есть ситуации, в которых самоубийство может продвинуть человека далеко вперед по цепочке перерождений и, возможно, даже разорвать ее совсем. Буддийские монахи в 60‑е годы подвергли себя самосожжению в знак протеста против американской оккупации Вьетнама. Вряд ли они рассчитывали, что своей страшной смертью заставят американцев вывести войска, но они верили, что актом самопожертвования достигнут статуса святости. Но есть мнение, что самоубийство в данном случае не ведет к нирване или просветлению. «С этим, кажется, был не согласен нобелевский лауреат и будущий самоубийца Кавабата Ясунари, писавший: «Даже если испытываешь глубочайшее отвращение к окружающей реальности, самоубийство все равно — не форма сатори. Самому высоконравственному самоубийце все равно далеко до святого» [цит.39, стр. 32].

В Китае самоубийство считалось вполне достойным выходом из тяжелой или позорной ситуации, однако китайцам было далеко до средневековых японцев, возведших суицид в ранг наивысшей доблести и желаннейшего из видов смерти. Японская разновидность буддизма жестче и мрачнее, чем буддизм континентальный. Это объясняется «разделением функций», сложившимся между двумя японскими конфессиями, буддизмом и синтоизмом. Синто — самая жизнеутверждающая из всех религий, в ней заложено изначальное неприятие смерти. В синтоистской мифологии описано, как бог Идзанаги, подобно Орфею, отправился в царство мертвых за своей умершей супругой богиней Идзанами. Когда Идзанаги увидел гниющий, разлагающийся труп жены, он в ужасе бежал из мира мертвых, завалил вход камнями и совершил обряд очищения. В мире нет другой религии, которая относилась бы к небытию с таким отвращением, как синтоизм. Он просто отказывается признавать существование смерти.

В Дзэн-буддизме нашли для себя много интересного самураи. Они считали, что лучший воин — это тот, кто не боится смерти, а смерти не боится тот, кто не боится верной смерти. Самая верная смерть — это не смерть в бою (где можно и уцелеть), а смерть от собственной руки. Суицид — высший разряд смерти. А для того чтобы воины не переубивали себя, возник целый кодекс самоубийства, в котором было множество запретов, ограничений и ритуалов.

Формирующий эксперимент
Пояснительная записка. Повышенная агрессивность детей является одной из наиболее острых проблем не только для врачей, педагогов и психологов, но и для общества в целом. Актуальность темы несомненна, поскольку число детей с таким поведением стремительно растет. Это вызвано целым рядом факторов, влияющих на появление агрессии у детей дош ...

Страницы из психологического дневника наблюдений за Индиго. Игнат-«планерист»
На приём пришла женщина с сыном Игнатом 28 лет, по всем параметрам типичным Индиго. По внешнему виду приятен, крепкого телосложения, аккуратен, флегматичен. О цели визита говорила мать. Сын Игнат один в семье, отец военнослужащий, мать домохозяйка. Сын учился на третьем курсе Технологического института. Учился плохо, прогуливал, болел, ...

Личностные детерминанты склонности ко лжи
Способности человека к обману сугубо индивидуальны и простираются широким диапазоном от патологической правдивости ("он совершенно не умеет врать!") до столь же патологической лживости ("ни одному его слову верить нельзя!") [41]. Они зависят от воспитания и жизненного опыта, влияния родителей, школы, ближайшего окруж ...